Rustam Bikbov (rbvekpros) wrote,
Rustam Bikbov
rbvekpros

"Инородцы". Среднестатистическая татарская семья на Урале

Угадал ли ты свое предназначение? Свой ли путь ты выбрал? Что было заложено в тебе и в тебя твоими предками? Ради чего, собственно, тебя рожали, растили, воспитывали? На что они надеялись и насколько ты оправдал их надежды?
Именно этими вопросами задаешься, когда рассматриваешь старые фотографии.

Мама, через пять или шесть лет ее отца посадят. Так никто из нас и не узнает за что... Он не вернется уже никогда, семья, понятно, будет "раскулачена". А пока она избалованный любимый ребенок... Год 1927-й, я полагаю, она родилась в 1925-м.
характер002
...
Пройдет лет сорок...
характер001
...
Брат с любимыми бабушками в Кестыме, Удмуртия...
характер004
...
Сестры
характер005
...
Татарская тусовка моих родных...
характер

Дядя, младший брат мамы, которого в свое время, когда забрали отца, мама чуть не подзатыльниками заставляла учиться (мальчишеская тяга к приключениям вне дома и школы, вероятно, не предполагала получение образования)... "выучила": куча рационализаторских предложений, музыкален, удивительно артистичен, даже в печали умудрялся шутить, бесконечно добр... умница, он стал прекрасным инженером... скучаю навсегда, не в силах смириться с тем, что его больше нет... И имя, созвучное образу, - Камиль. Сын Марат живет и работает в Питере, так что фотографии отчасти предсказали путь сына. В доброте сына узнаваемы черты отца.
характер007
...
Сын, кстати, не курил и не курит.
характер003
...
характер008
...
А так все начиналось... Мой будущий дедушка, которого внуки никогда не увидят, слева... Прадеда с прабабушкой узнать нетрудно...

...
Тоже слева, с невероятной пижонской прической... его мама справа, в центре - дочь, которая скоро, заболев, покинет этот мир...
Позже я выложу документы по прабабушке, впечатление, что ничего не боялась, в тридцатые на нее писали доносы, "прописывали" в областной татарской газете "Социализм Юлы" (да-да, понятно, что среди тех же татар были доносители, которым доверяли, не зная, кем они завербованы, но с другой стороны, возможно, что они и спасали своими доносами, что-то недоговаривая, все может быть, и, к сожалению (а, может, к счастью? может, мы должны благодарить доносчика, а не ругать? - жизнь все вывернула наизнанку), мы до сих пор мало что знаем и понимаем, мне еще предстоит понять, почему ее вообще не арестовали), за то, что по сути возглавила мусульманскую общину (я объяснял себе это тем, что только женщина и могла взять на себя эту функцию, мужчины, понятно, были арестованы в 1937 году и расстреляны), ей доверяли, она собирала деньги, на которые поддерживали мусульманское кладбище, единственное, кстати, инородческое и иноверческое кладбище, которое не было снесено в Свердловске... Вполне возможно, что в этом была отчасти и ее заслуга, и ее сыновей. Не уверен, но по ее взгляду, лицу - дети уже другие - можно предположить сильный характер и волю... Ее второй сын прошел две войны - финскую и отечественную... на год остался в Берлине переводчиком... вернулся, защитился... принципиальная позиция - невступление в партию - заморозила карьеру...

...
Дедушка и бабушка, родители мамы... год 1927, я думаю...

...
Принципиален был даже в написании фамилии - никаких "ов", никакого сокращения второй "м". Ясно и просто - Мухаммеджан... И никакой партии... В большой семье, когда забирают старшего брата, о его семье заботятся его младшие братья... можно понять, почему с большой любовью и благодарностью вспоминала о "Даубы" (к стыду своему, я не знаю, почему его так называли) моя мама.
Удивительный век и люди... Порой чувствуешь себя просто пигмеем и недоумком рядом с ними... Я его почти не помню... Но у меня есть ощущение, что его судьба предопределила и мой выбор. У меня были мысли поступать на матмех (тем более, что в школе математику нам преподавала совершенно удивительный человек и педагог, и наш классный руководитель - Майя Мироновна Глозман; даже такая бездарность, как я, при оценке "4" знала математику на отлично, не боясь никаких экзаменов по математике; а это предопределило вплетенность еврейской темы в мой журнал; вспоминаю о "матушке" - так мы ее называли за глаза, несмотря на ее строгость и порой невыносимую требовательность - с огромной благодарностью... и тоской - ее больше нет. Сегодня я бы выделил такие черты Майи Мироновны - самоотдача и преданность профессии при большой и строгой любви к детям, сегодня эти черты мне кажутся бесценными и уникальными, они вызывают во мне и почтение и зависть, как нечто утраченное и недостижимое)... но, к сожалению, я выбрал философский факультет, на который непонятно как поступил и непонятно как окончил... будучи неким недоразумением, особенно ненавидимым на кафедре эстетики (к сожалению, евреи есть и абсолютно бездарные и мелочные при невероятной самонадеянности и необъяснимом ощущении богоизбранности), что предопределило уже то, что, конечно, в университете меня бы никто не оставил...
В его судьбе есть одна особенность - это любовь к немецкой культуре... к тому же фактически совершенное знание немецкого языка... Гете и Гейне... Какой же опыт он вынес из поверженной Германии?
Газета Уральского университета, 6 апреля 1970 года.
Некролог Хабиб Мухамеджан Ур-университет
...
Мой старший брат с младшими братьями моей мамы... Это 83 или 84 год. Тогда все собрались, чтобы сделать фотографии для меня, мой первый год службы в армии... фотографии родственников для служащего в те времена были просто бесценны, это часть твоего дома, энергию, заложенную в простом снимке, можно оценить, только не видя родных очень долго... относительность времени проявляется и здесь, оно "сжимается", год кажется бесконечностью, а впереди еще год службы. Справа Шавкат-абы... тогда он написал мне проникновенное и неожиданное письмо, будучи человеком сдержанным и немногословным, в котором рассказывал о своих ощущениях, когда отслужил два года, а впереди было еще два года службы, служил он в береговой охране на Черном море... Вспомнилось мне еще и то, что в армии среди лучших друзей были и казахи, впрочем, фактически все они учились. В 1983 году в армию брали студентов после первого курса, поэтому, конечно, наш призыв несколько отличался от предыдущих. После армии я съездил к друзьям в Алма-Ату... Надеюсь, все же кто-нибудь из них однажды даст о себе знать.
Мухаммеджановы

А это прадедушка по отцовской линии... указной мулла в Ахмади...
A017 Шагиахмет Бикбов имам прадедушка
...
С сыновьями, слева мой юный будущий дед... впрочем, обо мне он тоже не узнает...
Прадедушка в центре - слева - юный дедушка
...
Пройдет время... конец сороковых...
A033 последнее фото Габдулахата Шагиахметовича Бикбова
...
Чуть раньше... мой отец, через несколько лет он потеряет мать... а пока она рядом... одним словом, никто из нас не увидит ни бабушку, ни деда
A018 Кушупи-Бикбова Зайнаб Шакировна 1900-1934
...
А это тетя отца, без которой отец, наверно, и не выжил бы... Семья больше, чем семья... В те времена даже мысли не возникало, что ребенок твоих родных может попасть в детский дом или быть предоставлен самому себе... Она сидит слева, нога на ногу... Мы всегда любовались ею, даже когда она постарела...
Слева - тетя отца, без которой, наверно, думаю, отец бы и не выжил
...
старше...
A062
...
Закончу фотографией Кестыма... Когда я не скучал по родной деревне на севере Удмуртии?.. Скучал всегда! И сегодня, может быть, больше, чем когда-либо, но больше нет на свете людей, которых я любил, и больше их не будет никогда... Почему-то вспомнилось, что казанские татары не доверяли "касимовским", Кестым - это касимовское ответвление, полагаю, весьма переплетённое с удмуртскими ветвями.

Родная и любимая деревня Кестым на севере Удмуртии
...
В Кестыме... Я недавно, кстати, осознал, что ведь детство-то провел в доме муллы... Не могу вспомнить даже намека на какую-либо "агитацию", мне кажется, у них была непроговариваемая позиция свободы выбора и свободы совести. Но такой доброты в жизни я просто и не видел.

А113

А это Ахмади, все, чего у нас не осталось от предков, - полуразрушенной мечети моего прадеда больше нет, дом обветшал и в любой момент мог рухнуть, его снесли и построили новую мечеть из кирпича... Но эта фотография мне очень дорога. Это моё наследство, законное, навсегда, мне и других богатств не нужно... разрушенная мечеть моего прадеда, которая в итоге просто снесена... на её месте построена новая - кирпичная... как символ того, что наш род больше в тех краях не даст о себе знать никогда.

д.Ахмади, Удмуртия, 1995
...
И еще один вопрос, который беспокоил меня всю жизнь... неистребимое ощущение "чужого", "инородца" и "иноверца"... город, в котором я родился и вырос, так и не стал родным, не нахожу в себе даже намека на "патриотизм", постоянно чувствуя себя случайным в этом городе... реальность пребывания здесь создают только люди, которых ты любишь, а их остаётся всё меньше... собственно, люди и есть единственная реальность, призрачная и преходящая, как ты сам, но ощущение этой тающей ткани жизни наполняет тебя противоречивым - болезненным и ярким - чувством счастья...

Tags: Предки, Удмуртия, Фотографии
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 25 comments